Никита Крылов: Ездил на сборы к Нурмагомедову. Пробыл там три дня

Никита Крылов объясняет, как из секции каратэ попасть в UFC и стать одним из самых высокооплачиваемых бойцов в России.

За первые пять лет профессиональной карьеры в ММА Никита Крылов провел 17 боев (15 побед, 2 поражения). Десять из них были в UFC. Практически каждый бой Крылова в сильнейшей лиге мира чем-то запомнился. Сначала воспоминания были комичными: парень из города Красный луч (Луганская область) носил прозвище Аль Капоне и для профайла бойца был сфотографирован в пальто и в шляпе. Потом проиграл тяжелый бой в тяжелом весе, про который президент UFC сказал: «Это худшее зрелище, которое я когда-либо видел».

Дальше будет лучше. Крылов спустится в полутяжелый вес (до 93 кг), вырубит двоих соперников ударами ног, выйдет в футболке «х… войне», посвященной конфликту на Украине, придушит двух черных поясов по бразильскому джиу-джитсу и на бой 8 мая попросит поставить песню «День победы» (ему откажут).

В UFC 24-летний Крылов дошел до восьмой позиции в рейтинге полутяжеловесов – и уволился из промоушена по собственному желанию после поражения от Миши Циркунова. В UFC считали, что Крылов должен получать около 30 тысяч долларов за выход на бой (плюс столько же за победу). Крылов настаивал на других деньгах.

Договориться не удалось – и Никита решил выступать в российской организации Fight Nights, где ему дали те деньги, которые он хотел. 2 июня он выиграл первый бой в Fight Nights удушающим приемом за 53 секунды.

– Я даже могу вспомнить дату, когда у меня была первая тренировка, – рассказывает Крылов. – В этот день мы покупали подарки девочкам в школе на 14 февраля, и это была суббота, 12 февраля 2005 года. Отец привел меня в секцию каратэ к своему товарищу – Валерию Александровичу Александрову. По субботам в этой секции были тренировки в боксерском зале, и это было похоже на день спаррингов: работали в контакт и очень жестко. Почти все были старше меня, техничнее – и мне доставалось. Самое памятное, когда пропустил фирменный удар из киокушина – с разворота ногой в падении. То есть пяткой прямо в ухо попали. Искры перед глазами, нокдаун. Ухо стало ржавого цвета.

Вообще я в каратэ был из тех ребят, которые всегда выхватывают на тренировке, но выходят на соревнования и по каким-то непонятным причинам выигрывают. Помню Кубок Украины: мой вес – 87 кг, вес соперника – 127. Там уже до начала соревнований у всех волнение такое: «Приехал Филипп из Донецка! Филипп приехал!». Я в первом же бою с ним. А там парень такой колобок: ты бьешь, и рука пружинит от него. Я тогда просто за счет упорства и выносливости передавил.

– В каратэ можно было заработать денег?

– За все время самым дорогим подарком были мишень и дротики для дартса. И еще на одних соревнованиях мне термос подарили. У меня кубок есть просто из куска шпалы сделано, то есть вот натурально – деревянный брусок и на нем фигурки каратистов из пластмассы.

Я в принципе и из каратэ ушел, когда понял, что семья тратит деньги на то, чтобы я занимался. Сначала предложили на чемпионат Европы в Польшу поехать за свои. Отец согласился, нашли деньги, я поехал, выиграл тот турнир. Потом чемпионат мира в Японии – и мне то же самое говорят. Папа бы нашел деньги, но мне тогда уже 17 лет исполнилось, я понимал, что идет кризис, денег мало и сам решил, что на деньги семьи я не поеду. В этот момент и начал отходить от каратэ. Поступил в институт, появились другие увлечения.

– Как работает каратэ в драках на улице?

– В киокушине нет ударов руками в голову, и я очень долго через это не мог перешагнуть. Чисто психологический момент. Даже в уличном конфликте не мог ударить рукой в голову.

– А ногой?

– Ногой бил спокойно – и это очень хорошо работало. Когда начал по ММА тренироваться, уже выбора не было. Я пришел на первый спарринг по ММА, встал с борцом – и он мне так с рук в голову накидал, что я вообще не понимал, что происходит и как такое может быть, что меня борец перебивает. Он мне набил такую ряху… Я не мог понять, чего происходит, откуда летят руки. А что касается борьбы, то, естественно, я первые две недели вообще падал мешком и не понимал, чего там надо делать, куда вертеться, крутиться, чтобы что-то получилось. Но аспект борьбы в партере, наверное, начал мне даваться больше всего из смешанных единоборств. И все остальное подтянулось.

– Встречали в боях кого-то, кто бьет ногами, чем вы?

– Я думаю, у меня самые универсальные ноги. Потому что если я освоюсь в бою, поймаю свою волну, то могу работать на ногах, как на руках. То есть как боксер держит соперника на джебе, так и я могу контролировать соперника передней ногой. Я могу пять-десять минут колотить ногами. У меня могут руки сильнее забиться, чем ноги.

– Вашим первым менеджером в ММА был Юрий Киселев – неоднозначный человек, который утверждал, что в сражениях с шаолиньскими монахами стал «чемпионом мира по боям без правил».

– Юрий – одноклассник человека, с которым работал друг моего отца. Через такую цепочку нас и познакомили. Мне позвонили, я приехал в Макеевку. Юрий привел меня в зал к тренеру Валерию Андрееву. И мы начали тренироваться.

– Юрий еще известен совершенно топорным подбором бойцовских прозвищ. Сам он выступал под прозвищем Плейбой, вам придумал Аль Капоне. Это не смущало?

– На тот момент мне было все равно. Мне хотелось драться, а этому я почти не придавал значения. Думал, прозвище и прозвище, у всех они разные. Вообще у Юрия был большой опыт давать людям прозвища, которые не приживаются: у нас там были и Чингисхан, и Призрак.

– Вам пришлось пережить фотосессию в образе гангстера: в пальто на голое тело, в шляпе и в бойцовских перчатках. Можете вспомнить, как это было?

– Заказали оригинальные перчатки UFC, пальто и шляпу нашли, и за пару месяцев до моего подписания в UFC сделали эти фотографии в фотостудии. И чем дальше, тем больше меня напрягало это прозвище.

– Когда вы сменили это прозвище на Miner (Шахтер, – «Матч ТВ»), вас продолжали объявлять как Аль Капоне. Что нужно было сделать, чтобы это прекратилось?

– Подойти к Брюсу Бафферу (ринг-анонсер UFC – «Матч ТВ»). Был такой случай, когда он меня перед боем объявил «Аль Капоне», а после боя «Miner». Он сам подошел ко мне и сказал: «I know, I know: Miner».

– В Дагестане довелось услышать историю, что несколько лет назад Никита Крылов приезжал туда и выступал на турнире не то по боям, не то по панкратиону. Причем не под фамилией Крылов.

– Я на тот момент тренировался около месяца по ММА. Юрий Киселев сказал, что можно поехать на сборы в Дагестан. А за день до выезда говорят, что будет какой-то турнир, надо там выступить, а после него будут сборы. Дрались мы на ковре – то есть не было ни клетки, ни канатов ринга. На профессиональные бои это похоже не было. Меня тогда вроде объявили с какой-то ошибкой, сейчас не вспомню, как именно. Это был один короткий бой. Я проиграл болевым приемом Ахмедшейху Гелегаеву (в статистике Гелегаева 3 июля 2012 года значится победа над Никитой Ивановым на турнире «Лига Кавказ» – «Матч ТВ»). В моей статистике этот бой не остался.

– В итоге вы там провели сбор?

– Я там пробыл дня три. Мы тренировались у Абдулманапа Нурмагомедова, поехали на сбор в горы. Но пришлось быстро уехать. Со мной был Анатолий Сафронов, он заболел – и менеджер сказал, что мне тоже надо уехать вместе с Анатолием. Пришлось, хотя я хотел остаться.

– Хабиба видели?

– А он как раз готовился, по-моему, ко второму бою в UFC.

– Перед последним боем на Fight Nights вы с экрана заявили, что хотите получить российское гражданство. Насколько этот проект реализован?

– Этот процесс уже запущен и в ближайшее время он должен подойти к завершению.

– Вы живете и тренируетесь в Москве, как вас в этом случае ограничивает отсутствие российского паспорта?

– Я могу сказать, что мне хочется меньше ассоциироваться с Украиной в свете происходящих событий. Плюс есть бытовые моменты: у тебя не может быть регистрации, нужна миграционка, ты должен каждые три месяца покидать пределы страны, чтобы ее продлевать, поскольку формально я не работаю.

– Боец из США Джефф Монсон получил паспорт гражданина Луганской народной республики, а у Никиты Крылова из поселка Красный луч такого паспорта нет.

– Паспорт ЛНР мало что дает. ЛНР официально не признана, и паспорт является внутренним документом, по нему не выехать за границу. Джефф Монсон при этом не отказался от гражданства США, так что для него это больше формальность.

– С украинским паспортом можно было открыть счет в российском банке, чтобы на него перечислялись гонорары из UFC?

– У меня был и рублевый счет в российском банке, и валютный, но как у нерезидента, а вообще гонорары из UFC мне переводили на счет в российском банке по реквизитам. Обычно к тебе подходит человек из UFC и отдает чек на определенную сумму, я же просил сразу сделать перевод на карту и указывал свой банковский счет. В течение двух дней приходили деньги и приходила СМС.

– 2 июня 2017 года вы провели первый бой в Fight Nights. Насколько это было финансово выгоднее, чем в UFC?

– Даже если бы контракт Fight Nights по цифрам повторял контракт UFC, это все равно было бы выгоднее, потому что у меня никто здесь не удерживает 30 процентов, как в США. А Fight Nights берет выплату налогов на себя – и я получаю сумму уже без каких-либо вычетов.

– UFC запрещает бойцам размещать рекламу на своей одежде, но взамен компания-экипировщик делала дополнительные выплаты для бойца. Сейчас вы лишились выплат от Reebok, но получили возможность размещать рекламу. Что выгоднее?

– Сейчас удобно, что спонсорские выплаты зависят от моих отношений со спонсорами и моей популярности в России. В США выплаты от Reebok зависят от количества боев в UFC. Меньше пяти боев – 2500 долларов. До десяти боев – 5000 долларов. Я ушел из UFC после десяти боев. Если бы остался, получал бы от Reebok уже по 10 тысяч долларов.

– На бой в России вы пошли с временной татуировкой и двумя логотипами на спортивных костюмах. Все это повторило условия Reebok?

– Временная татуировка – это примерно 3 000 долларов, но это был первый бой и первый опыт сотрудничества. Что касается логотипов: сейчас меня поддерживает «Северный десант», это не только спонсоры, но и мои старшие товарищи, которые помогают с решением каких-то бытовых вопросов. И VP lab – кто обеспечивает меня спортивным питанием. Обе эти компании платят мне зарплату.

– На последний бой вы выходили под песню рэпера Рем Дигги, с которым давно общаетесь, при этом на последний бой в UFC выходили под необычную музыку.

– В UFC был Нейромонах Феофан «Мужицкая силушка»: она веселая и классная, но это были не те эмоции, которые нужны. И тогда я уже во время выхода я понял, что ошибся с песней. В этот раз была «На Юг» Рем Дигги, она меня очень мотивирует. Изначально я хотел выйти под другую песню Рем Дигги – «Донбасс в огне». Но организаторы попросили воздержаться.

С Рем Диггой мы переписываемся, общаемся. При каждом визите в Москву он приглашает на концерты. Мы списываемся практически ежедневно: Рома разбирается и в ММА, и в боксе. Рассчитывали, что он будет меня выводить на этот бой, но у него 3 июня был концерт в Сургуте. После боя он поздравил с победой, мы немного пообщались. Возможно, я какой-то секрет раскрою, но планируется, что я снимусь в клипе на одну из его песен.

Согласно источнику: matchtv.

Loading...
Вконтакте
Facebook
 
Похожие новости
Спасибо, ваше сообщение принято.
Автор сообщения
Email / телефон
Текст сообщения